«Жду перволедья!»

Евгений Соломин

Уже несколько лет известный российский режиссер, лауреат многочисленных фестивалей, Евгений Соломин снимает кино о рыбаках. И вот недавно он сам оказался героем интервью в омском журнале «Охота, рыбалка и туризм». Но рассказал он читателям далеко не только о рыбалке, основной темой все же стало кино. Поэтому с разрешения Евгения и редакции журнала мы решили опубликовать этот материал на нашем сайте.

В октябре в Омске проходил фестиваль документального кино «Сибирь». Какое отношение, спросит наш читатель, это имеет к рыбалке? Объясняем: гостем форума стал замечательный кинорежиссер из Новосибирска, автор фильмов «2 ½ недели в раю», «Каторга», «Глубинка 35×45», которые демонстрировались в 35 странах мира и получили около 30 наград. Помимо прочего, Евгений — заядлый рыболов. И его новая картина носит рабочее название «Страна рыбаков».

— Как в Иртыше с рыбой? Что сейчас ловится? — первым стал задавать вопросы Евгений. — Или у вас тут главная рыбалка — это к нам на Чаны?

— Чаны популярность давно потеряли. Самое посещаемое место у омских рыбаков — это озера Ик, Тенис и Салтаим Крутинского района. Прошлой зимой хорошо рыба шла на Ике: окунь, карась. В озеро, кстати, запускают пелядь и сазана.

Первые трофеи

— Ваш отец Валерий Соломин — классик российского документального кино, единственный в Сибири действительный член Европейской киноакадемии, заслуженный деятель искусств России. Насколько я знаю, он еще и заядлый рыбак. Это он вас пристрастил к этому увлечению?

s dedom— Я как-то прочитал в интернете, что рыбаками становятся не те, у кого отец рыбак, а те, у кого дедушка рыбак. У отца, как правило, недостаточно времени, чтобы часто выезжать с сыном на берег. Рыбалка с ребенком, по себе знаю, это сплошное мучение. Он все время куда-то лезет, отвлекает тебя — ад какой-то. Поэтому я полюбил рыбалку благодаря своему дедушке Анатолию Ивановичу. Сам он жил в Татарстане, но всякий раз, когда приезжал к нам в гости, мы с ним ходили на рыбалку. Он был фронтовиком, после войны много лет проработал в школе, имел спокойный характер, и ему не доставляло труда изо дня в день ходить со мной, бестолковым и неусидчивым ребенком, на берег.

— Помните свою первую рыбу?

— Когда я был маленьким, у нас был дом в деревне на Обском море. Там мы с дедом ловили окуньков, подлещиков, чебачков...

Обская мамка

— Ну а какой у вас главный рыбацкий трофей?

— Совсем недавно, в сентябре, я дернул щуку на 12 килограммов. Мы с братьями ездили на рыбалку в Алтайский край, в верховье Оби. У меня там живут знакомые речники, о которых я снимал фильм. Мы взяли с собой мотор, а знакомые дали нам лодку. Я с лодки не очень люблю ловить. Но она дает возможность передвигаться. Если ты на берегу поставил палатку, то ты, грубо говоря, привязан к одному коряжнику. С лодкой же можно объехать множество перспективных мест. А я люблю по коряжнику попрыгать. И вот в одном совершенно неприметном месте судьба сделала мне подарок — мамку на 12 килограммов. Причем считаю, что вытащить ее из коряжника было большой удачей. В таких местах щуку даже на кило не всегда удается извлечь на берег. За коряжку зайдёт — и ты ее уже не возьмешь. А эта щука резко, как торпеда, рванула перпендикулярно от берега на струю — благо фрикцион был настроен правильно, и её стало сносить вниз по течению. А там к счастью не было ни веток, ни коряг. Ниже по течению находился песчаный участок берега. Поэтому я ее вытащил без особого труда. Ещё у меня с собой был большой надёжный подсак, без которого я бы, наверное, не выволок ее на берег.

— На что взяла?

— Я ловил на джиг-головку, причём на такую, где крючки мягкие и на корягах разгибаются. А на ней — крупный твистер белого цвета. Что интересно, щука атаковала метрах в трёх-четырёх от берега. Я даже видел, как она схватила приманку, так как был в поляризационных очках. На глубине щуки не было, она вся стояла «в ногах». Брала утром, вечером и днем. Оттуда я привез 30 килограммов рыбы. А ещё уху варили, жарили, коптили.

— Евгений, принимаете ли вы участие в рыболовных соревнованиях?

— В этом году я участвовал в чемпионате по ловле спиннингом с лодки. Надо заметить,
спортивных амбиций у меня нет совсем. Но у соседа по лодочной базе Лехи приятель запил, и он позвал меня на выручку. В экипаже должно быть два человека. В соревнованиях принял участие 21 экипаж. Мы заняли восьмое место, которое давало мне
право получить «3 разряд рыболов-спортсмен».

Trofei

— Может быть, вы еще и охотник?

— Нет. В жизни не убил ни одной птички.

— Говорят, что каждый охотник еще и рыбак, но не каждый рыбак является охотником.

— Я думаю, что охота требует более серьезной подготовки, а рыбалка более демократична. Государство отводит для рыбалки больше времени — почти круглый год, за исключением одного весеннего месяца. Впрочем, и в месячник тишины, если очень хочется, то можно посидеть на берегу с одной удочкой. А охотнику надо собирать многочисленные справки, покупать сейф для ружья. Рыбакам проще, поэтому их больше.

О черемше

— Вы часто бываете на природе. Растет ли у вас в Новосибирской области черемша?

— Мой брат любит кататься на горных лыжах. Он часто ездит в Кемеровскую область на известный горнолыжный курорт Шерегеш. Поскольку брат заядлый банщик, как, впрочем, и я, познакомился с местным мужиком, который работает в кочегарке в общественной бане. Тот его пригласил на сбор черемши. Там ее называют колбой. Весна была холодная, поэтому мы поехали в середине июня. Черемшу собирали на высоте почти 1500 метров, поднимались на подъемнике. Иначе было бы намного сложнее туда добраться, старые мы с братом уже стали. И поскольку мы приехали вовремя, черемши было столько, что хоть косой коси. Такого я никогда не видел. Мы три часа ее собирали, а глянешь по сторонам — как будто мы ничего не срезали. Я нарезал 20 килограммов — еле унёс.

— И что вы с ней в итоге сделали?

— Подковавшись в интернете, я заготовил ее четырьмя способами. Порезал на кусочки и заморозил. Второй вариант нам подсказали местные жители. Колбу перекручивают на мясорубке, солят, для консервации добавляют лимонной кислоты — и по банкам. Зимой достаешь из холодильника и намазываешь на хлеб. Этот вариант очень сыну понравился, только он смешивает эту массу со сметаной. Кроме того, колбу можно замариновать, что моя жена и сделала. Но мне больше всего понравилась квашеная черемша. Ее нарезают, солят и ставят под гнет. Черемшу квасят дней десять. Затем ее надо разложить по банкам — и в холодильник.

«Страна рыбаков»

— Евгений, вы сейчас работаете над фильмом «Страна рыбаков». Расскажите о замысле картины?

— Фильм состоит из двух сюжетных линий. Одна из них снималась на севере Томской области о бригаде рыбаков, которые ловят архаичным и на данный момент уникальным способом — при помощи стреж-невода.

— Что это за снасть такая?

nevod— Используется огромный невод длиной в 700-800 метров. Этот способ ловли имеет очень сложную технологию. Один конец заводят на тоневом катере, другой бежит по берегу по тросу, который натянут между столбами на берегу. Затем в определенный момент, когда нужный участок реки неводом пройден, береговой конец отстегивают от троса. Но двое мужиков с помощью деревянных заостренных колов продолжают его удерживать. Второй конец доставляют на катере, на берегу стоит специальная выборочная машина, которая крутится и выбирает невод и подает на баржу, называющуюся самомётом, для набора, чтобы в следующий заход снова его забросить в воду. Так ловили на Оби 60-70 лет назад.

— И много ловят таким способом?

— В период съемок рыба не пошла, а ждали рыбаки ценную рыбу — сырка, на Оби так называют пелядь, и муксуна. Улов был небогатый, и мужики, потратив много времени и сил, ничего не смогли заработать. В результате они уезжают, переругавшись друг с другом. Кульминационный момент фильма — это как раз конфликт между рыбаками. Надо отметить, что в фильме используется большое количество ненормативной лексики.

— А где развиваются события второй части фильма?

— На Камчатке. На реке Х, текущей со Срединного хребта в Охотское море (Евгений просил не упоминать название реки). Я снимал семью эвенов, которые живут в основном за счет рыболовецкого промысла. Там нам удалось снять момент ловли даже ещё более архаичным способом, чем стреж-невод. У эвенов это называется котеп. Иначе говоря, это ловля запором, когда река полностью перегораживается деревянным забором. Этот способ ловли, описанный еще в книгах Леонида Сабанеева, характерен для малых народов Сибири и Дальнего Востока... Но фильм не о рыбалке и не об архаических способах ловли. Я рассказываю о мужиках, которые живут и работают в труднодоступных районах Сибири и Дальнего Востока, и пытаются за счет рыбалки прокормить себя и свои семьи. И все герои фильма — в общем-то, нищие люди, бедняки. Рыбалка не приносит им достатка. Хватает только на самое необходимое. В картине главный герой говорит: «Если ты не рыбачишь, то не сумеешь выжить... Рыбачим и летом, и зимой, но при этом, как были нищими, так нищими и остаёмся». По сути это фильм о людях, которые, к сожалению, не очень счастливы. И, конечно, это является аллегорией, вообще, жизни человека.

— А вот герои фильма «Счастливые люди», у которых тоже нет достатка, но чувствуют они себя счастливыми?

— Да, это очень популярный фильм среди людей, которые занимаются рыбалкой и охотой. Мне он самому нравится. Но концепция этого фильма кажется мне не совсем точной. Кинематограф, как искусство, требует драмы, конфликта. В кино нельзя сглаживать острые углы, надо, наоборот, их заострять. Да и сам фильм, если брать во внимание тот язык, которым он рассказан, это скорее не кино, а телевидение, правда, очень хорошее... Поэтому поклонникам «Счастливых людей» я бы порекомендовал обратиться к оригиналу, к тому, из чего этот фильм вырос — к прозе Михаила Тарковского. Например, к сборнику новелл «За пять лет до счастья». Это действительно, не побоюсь этого слова, большая литература.

— То есть в вашем фильме герои несчастливы?

— Да. Я вообще в своей жизни видел мало счастливых людей.

— Вернемся на Камчатку. Разве там нельзя хорошо заработать на красной икре?

— Именно те люди, о которых я снимал фильм, икру не заготавливают и даже не едят. Иногда её сушат в юкольнике на корм нартовым собакам. А у большинства жителей — в основном русских — одно на уме: продать икру и заработать.

— Скажите, а в перерывах между съемками вы наверняка там рыбачили?

— Да, мы с оператором Владимиром Ронгайненом не могли себе в этом отказать. Кета на спиннинг не ловится, поэтому основная добыча — кижуч до 3 килограммов. Ловить его оказалось достаточно просто, и потому рыбалка была не очень интересна. Но вскоре мы узнали, что в речке есть радужная форель, которую на Камчатке называют микижей. Ее там не так много, поэтому рыбалка была очень интересной. Вытаскивать одно удовольствие: микижа делает свечки, как щука, и здорово сопротивляется. Мой оператор ловил на вращалки крупных номеров, а у меня неплохо брала на воблеры. Еще на Камчатке интересно ловить хариуса.

— Ага, поймал, посолил и через полчаса к столу...

— На Камчатке никто не ест сырую и малосоленую рыбу.

— А с этого момента поподробнее. Почему?

— Сырым принято есть только хариуса. Кета, горбуша, нерка, кижуч — вся эта рыба заходит с моря на нерест. После того, как отметала икру, она, как известно, погибает. В этот момент в ней накапливается огромное количество микробов, токсинов. Из-за чего можно заработать серьезное кишечное отравление вплоть до летального исхода. Поэтому местные едят только тщательно прожаренную или очень хорошо проваренную рыбу.

— А как там с тайменями?

— Тайменя я поймал только один раз в жизни. Дело было во время сплава по притоку Оби — речке Кия. Это очень красивая река — по берегам тайга, скалы, каменистые пляжи. При этом она очень доступна для туристов. Река неглубокая, с шиверами, но безопасная, вода удивительно прозрачная. В этой речке я и поймал таймешёнка килограмма на полтора. Таких обычно отпускают, но первого в жизни тайменя я решил оставить.

— Евгений, мы с вами встретились благодаря кинофестивалю «Сибирь». Позвольте один вопрос о кино. Какую картину отечественного производства вы ждете?

— А никакую! Я жду первого льда! Хочу половить у себя на лодочной базе ёршиков.

 

Подписка на Комментарии к "«Жду перволедья!»"
Яндекс.Метрика